Мы на рок-фестивале в Гермершайме [перевод]

Мы на рок-фестивале в Гермершайме [перевод]

Крупнейший рок-фестиваль на свежем воздухе в истории Германии подвергся тогда нашествию Армии США в виде Пола, Терри и наших друзей. К счастью, мы были «союзническим огнем» (friendly fire).

В посте «Вынашивая заговор» я подробно описал, как продал идею записать музыкальный фестиваль в Гермершайме (Germersheim) его организаторам, так и армии США. Теперь настало время для выполнения плана. Я убедил армейских чинов, что организаторы фестиваля предоставят нам все оборудование и ресурсы, необходимые для записи при условии, если армия обеспечит необходимое количество катушек с магнитной лентой, на что они с готовностью согласились. Потом я вернулся к организаторам и им сказал, что армия согласится записывать шоу на условиях предоставления всего оборудование для записи. А потом будет воспроизводить ее на всей европейской сети радиостанций, охватывающей миллионы слушателей, если только они предоставят мне фургон с оборудованием, доступ к сцене для меня и моей команды и права на запись концертов. Они тоже с готовностью согласились.

В течение нескольких следующих недель я взял фургончик, который оказался переделанным микроавтобусом Volkswagen, и начал устанавливать 16-канальный микшерный пульт, который я сделал вручную сам из микрофонных предусилителей. В длину он занимал половину фургончика, а с каждой стороны этой консоли я установил две больших мониторных колонки, заимствованных в одной из студий радиостанции. Позади меня стоял магнитофон Ampex 300 — полудорожечный рекордер, заимствованный также на радиостанции.

Меня проинформировали, что я не смогу использовать свои микрофоны для записи шоу. Вместо этого я должен был подключиться к общей системе усиления звука для публики (PA), которая обеспечивала все микрофоны для пения и все барабаны, но не выдает ничего из звука электрогитар и клавишных. Другими словами, все, что идет с микрофонов, но ничего из усиленной музыки ансамблей на сцене. Ох, это не сработает. После объяснения проблемы одному из руководителей шоу мне было сказано: «Может быть, вы найдете способ подключения непосредственно к их усилителям. Но в таком случае это не должно никак повлиять на работу всех усилителей». Это была интересная проблема, и я отправился к своему старому другу и наставнику из радиостанции AFN в Штутгарте Руди Штробелю за решением.

Герр Руди Штробель действительно являлся воплощением совершенства немецкой инженерной мысли, и я позвонил ему, чтобы получить консультацию по моей проблеме. «Вам нужен изолирующий трансформатор с гальванической развязкой. Это никак не повлияет на их оборудование, и подключение будет только с помощью магнитного поля. Это идеальный вариант. Сколько тебе их нужно?» 10 — это хорошее число, и так и быть, 10 специально созданных для аудио изолирующих трансформаторов будет ждать меня в Штутгарте. Это позволит снять звук гитарных усилителей каждого музыканта, не влияя на них.

Я был готов, и со своей группой из четырех человек во главе с Терри мы поехали в Гермершайм для записи 4-дневного мероприятия. Я тогда мало понимал, что решение герра Штробеля не будет работать и в конце концов станет бедствием для проекта.

Я смог припарковать фургон прямо за двумя сценами фестиваля. Когда первый оркестр начал играть, я понял, что у нас беда. Звук от каждого из подключенных музыкальных инструментов был сильно искажен. Регулировки уровня в каждом из каналов не влияли никак на искажения. Я тогда ничего не понимал, и только гораздо позже я осознал свои две фундаментальные ошибки: я пытался накормить микрофонный предусилитель сигналом линейного уровня (слишком громким) и регулировки громкости были устроены ПОСЛЕ микрофонного предусилителя, а не раньше. Трансформаторы Штробеля выдавали слишком большой сигнал и звук был плохой.

В течение следующих дней мы записали каждую группу, в том числе Humble Pie, Rory Gallagher, Atomic Rooster, Curved Air, the Kinks, Buddy Miles и многие другие, но только не Pink Floyd, который послал большого мускулистого охранника стоять рядом с фургоном и следить, чтобы ничего не было записано. С лентами в руках мы направились обратно в штаб-квартиру AFN во Франкфурте, в надежде, что инженеры в сети радиостанций не знают, что такое хорошая запись и что значит плохая, и просто примут их, как есть. К сожалению, они были немцы, а немцы не только чувствуют разницу, они, кроме того, перфекционисты.

«Это дерьмо. Наша радиосеть не может играть такие записи. У вас есть несколько таких, которые вы, может быть, сможете взять и воспроизвести в своей программе. Это материал, который мы не можем принять». Поджав хвост, я собрал все ленты с почти 40 часами записей, положил их в фургон и пошел обратно в штаб, чтобы попрощаться. В коридоре я встретил одного из гражданских дикторов, которого считал своим другом — Милта Фуллертона. Милт был очень приятным парнем, но имел довольно серьезные консервативные взгляды и ему совершенно не нравились люди, которые нарушают правила. Я об этом не знал, и поэтому я случайно раскрыл ему маленький секрет.

Помните, несколько постов назад я упомянул строгий дресс-код, обязательный в армии? Одним из аспектов этой проблемы была длина волос. В течение 70-х годов каждый «хипповый» мужчина хотел отрастить длинные волосы, и я, безусловно, был одним из них. Только мне это не разрешалось. Некоторые из моих коллег военнослужащих приобретали парики с длинными волосами, чтобы выглядеть круто, но у меня был лучший план. Я, наоборот, купил парик с короткими волосами. Это позволило мне отращивать мои настоящие длинные волосы, но в присутствии военных закладывать их под заколку и носить короткие волосы парика. Блестяще. Я разрешил Милту заглянуть под парик, чтобы увидеть мой маленький секрет.

Завтра наступит конец этого длинного рассказа. Незаметно для меня в Мюнхене назревала буря, и однажды она обрушилась на меня, в результате я был выгнан из Европы и препровожден в город Колумбус, штат Джоржия.


Для тех, кому интересно взглянуть на фотографии, вот несколько из них: внутренности фургона с моей консолью, толпа перед сценой, фургон, припаркованный за сценой и крупный план моего 16-канального микшерного пульта с коммутационной панелью, которую я построил, а также магнитофон Ampex за ними.

Продолжение — Конец длинного рассказа

Оригинал: Germersheim here we come

Об авторе: Пол МакГоуэн (Paul McGowan) – директор (CEO) и сооснователь компании PS Audio Inc. из города Боулдер, Колорадо, конструирующей и выпускающей High End аудио продукты и сервисы.

ТЕГИ:#Germersheim
70.79 дБ +

Комментарии

Чтобы оставить комментарий, войдите, пожалуйста.