Лаборатория звука в СПб

Затейливо девайсы порасставив

Соединил гирляндой кабелей

Не взыскивал оценочных суждений

«Маньячил» для себя и для друзей

************************************

Всевеликий шмон и кипеж с питанием, который я затеял дома помимо предыстории содержит еще и некий толчок к действию. У меня есть знакомый, Сергей Ветух, который неплохо известен в Питерской аудио тусовке. Он со своим другом и сподвижником, тоже Сергеем, решили воплотить некоммерческий аудио проект. «Аудиофильствуют» они с 80-х годов прошлого века, а совместно не меньше 15 лет. Оба вполне состоятельные люди, поэтому почти вся приобретенная, за этот срок, техника оставалась и бережно перемещалась в хранилище. А почему бы и нет, если душа лежит и средства позволяют? В чьей голове возникла идея объединить запасы и дать им вторую жизнь в рамках «досугового клуба-музея Лаборатория звука», не ведаю. Второй Сергей, на своем предприятии, изыскал и выделил помещение 160 м2 с потолками 4,6 м высотой. Они своими силами произвели ремонт и первичное акустическое оформление. Супруга Сергея Ветуха, святая женщина, на собственном мебельном производстве, разработала, сделала, а затем привезла и установила, по одной из стен, многоячеистые стеллажи, для размещения техники. Кстати, стеллажи дополнительно воздействуют на звук, рассеивая его. Первичные телодвижения происходили без моего ведома. Люди подумали, решили и сделали, как это водится у профессионалов.

Кода я, перед Новым годом, опубликовал на Stereo.ru статью, то традиционно отправил Сергею ссылку, а он мне в ответ прислал ролик об их свершениях. Конечно же я взвился и напросился в гости. Очень уж заманчиво это смотрелось на видео. А еще, в последовавшем по телефону разговоре, он рассказал о том, как они боролись с сетевым несовершенством питания. Весьма остроумно. Приобрели мощный ИБП EcoFlow, который в состоянии поддержать обильное потребление в течении 12-16 часов. Забегая вперед, скажу, что данный параметр не вызывает никаких нареканий. EcoFlow не "душит" динамику, не привносит никакой мути и прочих траблов, свойственных несовершенным устройствам. Возможно и сама сеть не требует особых решений, но ИБП явно не лишний. Естественно протянута выделенная линия и по всему холлу стоят верхние розетки Furutech. Сергей прислал мне ссылку на сайт производителя EcoFlow, чем инициировал «спиритуальный вихрь» в мозгу, который и повлек «синекходу» дальнейших исследовательских «интенций», а попросту «поискуху». В итоге я, все же, выбрал более традиционный путь, через гальваническую развязку, но подробно об этом будет в отдельной статье.

Итак, Лаборатория звука - это проект с упором на слово "лаборатория". Все возведенные и отстраиваемые сетапы являются подвижным контентом. Что я имею ввиду: здесь не будет статичности, подразумевается вариативность обвяза и аппаратного содержания. Цель - не создать однородное поле, а изыскать как можно более богатое, по разнообразию, содержание, с различными оттенками и нюансами. Выявлять нестандартное взаимодействие компонентов друг с другом и "оттопыриваться", изыскивая новые форматы звучания. А еще здесь непаханое поле для осмысленного технического творчества.

В Лаборатории звука я окунулся в очень атмосферное действо. Не скрою, слегка робел поначалу))) Помещение, огромное и позволяет разместить по периметру от пяти до семи сетапов. Если начать от входа по часовой стрелке, то первая стойка собрана на основе винтажного, культового проигрывателя EMT 930 s1, с акустикой TANNOY SILVER. Мне посчастливилось «припасть к святыням» почти у самых истоков. Только-только была завезена первая партия аппаратов и приблизительно расставлена. Обвязана тем, что было под рукой. В общем процесс отладки происходил практически на моих глазах. К вертухе EMT прилагались несколько фонокорректоров и набор картриджей, разной степени пригодности, включая моно. Ламповички для этой связки подбирались без меня.   Рядом на стеллаже появилась солидная стопка винила, записанного и выпущенного в пятидесятых-шестидесятых годах прошлого века. Много моно-записей. И раз уж «иквипмент» таковой имеется, то отчего бы себя не побаловать моно-звуком. Впечатления очень необычные, очарование и шарм прошлого, так сказать.

В итоге, после основательной возни, было решено данный сетап определить под монофонический вариант воспроизведения. Дополнительно заказали оч. специальный картридж и произвели полную ревизию оч. специального фонокорректора. Зазвучало волшебно. Накрывает ощущением, что можно постичь атмосферу, настроение и даже мысли людей той послевоенной эпохи. Наверное это возрастное, мы все не очень-то и молоды, а посему таковая данность греет сердце и формирует смысловую наполненность восприятия. А молодость… этот «недостаток» проходит со временем)))

Далее идет угол где вольготно расположились Klipsch Horn. Я, как и оба Сергея, тепло отношусь к этой акустике. Писал о ней и продолжаю быть уверенным, что это своеобразные, но тем не менее заслуживающие меломанского внимания девайсы. Просто их необходимо правильно расставить и настроить, подобрав соответствующее усиление. Лампа, вот, пожалуй, единственный вариант с Klipsch. Для комфортного прослушивания поставлен роскошный диван. Сергей Ветух, будучи дотошным человеком, вооружившись рулеткой, полдня мерил и рассчитывал расположение мониторов. «Обмотавшись» пучком кабелей различного достоинства, тщательно и прицельно их подбирал. Из солидных акустических панелей выгородил угловое расположение. Потратил пару дней на всевозможные ухищрения с раскрытием потенциала.

Описать вариативный процесс отсева усилителей не могу, поскольку не присутствовал. Предфиналом стало сочетание лампового мощника Kondo и предусилителя ONGAKU-PRE KSL-M77 Источник – вертуха GARRARD MODEL 301, доведенная до совершенства в SHINDO LABORATORY. Однако сразу, с наскока, не сложилось. Были нюансы, были! А посему Сергей продолжил экспериментировать с предами и, надо же, выудил из закромов пассивный DJANGO. Он то и привнес согласованность в тракт. Звучание стало гораздо чище, ушла «грязноватость». Заново отстроил тональный баланс, формируя сцену. Сложно, конечно, в одни уши одномоментно рассслушать и подправить все. Посему, в процессе демонстрации, внимательно отнесся к замечаниям от разных людей. Сейчас Klipsh Horn отыгрывает тепло и «вкусно» практически любой контент и не инициирует порывистого желания что-либо подкорректировать. Однако я уверен, что даже потратив столько времени на эту «возню», Сергей станет точечно доводить звучание до совершенства, на «свежий» слух. Поскольку «глаз горит».

В дальнем от входа углу расположилась стойка с акустикой Brodmann. Я их видел на выставках в экспозиции Gong-AV, там они исполняли только классическую музыку и джаз. А здесь нет жанровых ограничений и выясняется, что не менее интересно через них могут звучать и Nick Cave, и Hugo Racе, и Frank Zappa. В общем несмотря на регулировки, более свойственные концертному роялю, они умеют многое. Классику, допустим Вивальди, играют с аристократическим шиком, но в австрийской вежливо-холодноватой манере. Совсем иначе прозвучала Шехерезада. Я себе даже вообразил чопорный зал Венской оперы, с удивлением и удовольствием внимающий яркой сюите Римского-Корсакова. Исключительно многоуровневые колонки, с поистине живыми инструментальными настройками.

Кстати, супруга второго Сергея, Елена, будучи профессиональной пианисткой, в полной мере оценила потенциал Brodmann. Ей даже часа не потребовалось, чтобы безошибочно опознать звук присущий инструментам в зале. Тот единственный вариант, который наиболее полно передает ощущения от прослушивания оркестра вживую. А это человек, который полжизни провел в среде концертного исполнения. Говорит это о многом, если вообще стоит говорить о звучании словами.

Ранее, немного сбоку, еще не до конца выставленный и сформированный, стоял сетап с акустикой Opera Grand Callas. Недорогая, на фоне Brodmann, система вполне уверенно подавала материал, создавая объем, картину и даже атмосферу зала. Источником был CD Player Denon, два японских ламповых моно-предусилителей PETRUS от SHINDO LABORATORY и стерео мощник Threshold S/5000e. Кабели без изыска, но ведь прозвучали. Даже несмотря на то, что акустика стояла родными шипами с пятаками на бетоне, покрытом кварцвинилом. Очень любопытно было бы послушать их при наличии солидной стойки и достойного «обвяза».

Однако идея раскочегарить Opera Grand Kallas пока не получила развития, по причине прибытия исключительно интересной японской акустики FAL С-90 EXW.  Она сразу же приковывает внимание своим видом. Корпус выдержан в классическом стиле, строго-изысканном. А вот динамики прямоугольные и плоские. Нет-нет, все очень созвучно по дизайну, но до этого подобные решения мне не встречались нигде, даже на картинках. Спереди четыре динамика. Бас, серединка и высокие частоты. А вот самый нижний динамик - пассивный и еще сзади такой же, и тоже пассивный. На шильде стоит факсимиле мастера Iwao Furuyama. Этот человек является учеником Hiroyashi Kondo, основателя компании Audio Note. Динамики разработаны именно Hiroyashi, для акустических систем компании FAL. К сожалению, FAL прекратила деятельность в 2022 году.

Я всего этого не знал, когда впервые услышал колонки. Изначально их подцепили к цифровому тракту, но с ламповым усилителем Jadis. Поигрались с сетевыми кабелями, отстроили. Спору нет, Denon DVD-A1UD хорош, но когда притащили и подключили бобинный магнитофон Lyrec, то даже самые стойкие засучили ножками и стали тихо сползать под кресла. Старикан Yamamoto c ленты такого джазу влупил, что мы аж «прозрели». Акустика раскрылась в самую сокровенную глубину и объем. Динамика сумасшедшая. Поэтому оставшийся вечер от нее вообще не отходили. На FAL, кстати, замечательно отслушивать кабели. А еще FAL C-90 EXW исключительно тепло приняли мелкого и дерзкого «Гонзика», так я прозвал прототипчик очередного изобретения Трусова Александра. Очень уж он забавно смотрится на фоне респектабельного Бегемота. Отыграл «Гонзик» очень задорно, с огоньком, так сказать. На мой вкус не хуже, чем Jadis.

Справа от FAL уголок лабораторных изысканий. Чтобы было понятно в чем там «изыск» зайду издалека. Вечерело… на кухне, после выставки, шумел народ. Как обычно на маловразумительные, общие аудио темы… Татьяна, под шумок жарила котлеты на всю компанию. И вот в очередной раз переворачивая их, когда вновь услышала нетленный силлогизм «фазовая линейность», она сказала: - «Ша, давайте сами сделаем акустику! Корпуса беру на себя. Могу сделать буквально Любые!!!» Сергей пресек спорадическую «мизогинию» момента, подтвердив компетенции супруги. И процесс пошел…

Были извлечены салфетки – во Франции давно ассоциируются со спонтанным творчеством, в основном, конечно же, гениальным. В среде интеллектуалов бытует мнение, что это, мол, тонкий ответный троллинг, со стороны начитанной Татьяны, что, мол, именно она предложила их для первых набросков. Однако не будем углубляться в конспирологию.

С этого дня Руднев Сергей загорелся идеей, чуть позже подключился Истомин Игорь. Он взялся за подбор динамиков и кроссоверов. Будущей акустике присвоили звучное «погоняло» «Черный Принц». Были сделаны несколько вариантов корпусов. Самым сложным элементом оказалась задняя стенка, в виде полуэллипса. По задумке она должна слегка подыгрывать, поэтому толщину 8мм набирали различным шпоном, включая тик. Затем были установлены предложенные Игорем динамики и фильтры. Один из опытных образцов остался у Сергея, для тестов. Как раз в этот момент я впервые появился в Лаборатории звука.

С предполагаемыми фильтрами и динамиками, в Лаборатории звука, колонки не зазвучали. Сергей не стал никого переубеждать, а просто решил довести Принцев до кондиции по своему разумению. На основе имеющихся вводных, разработал более сложный корпус с внутренним басовым динамиком, играющем в пол. Татьяна, воодушевившись открывающимися перспективами, приступила к воплощению. Покуда процесс сборки, склейки и покраски происходит в цеху, Сергей привлек Станислава, и они самостоятельно занялись подбором головок, с параллельной корректировкой короссоверов. Наблюдая вместе с ними результат понимаю, что первоначальный замысел остался в прошлом и напоминать о нем будут лишь обводы корпусов. На сегодняшний день набор определен, дополнительные басовики в работе. Сергей со Станиславом сращивают в единое целое высокие, середину и мидбас. Довольно кропотливое занятие, со множеством взаимоисключающих вводных.

Кстати, примечательный набор техники в сетапе на Черных Принцах

В общем работа идет, лаборатория «изыскует», народ при деле. Хотя, должен сказать, что постепенно звук Черных Принцев формируется во внятный образ. Я бываю там только набегами, но каждый раз слышу, что результат все лучше и лучше.

Как вообще складывается у меня общение с Сергеями. Могу поведать, что с их стороны я чувствую исключительно доброжелательный посыл. Обращает на себя внимание то, что и с остальными гостями сохраняются теплые, душевные отношения. Все люди разные, со своим темпераментом, но как-то не возникает острых ситуаций. Очень важное условие, когда никто не чувствует себя не в своей тарелке. Тогда даже пылкие дискуссии приобретают миролюбивый характер. В общем все в Лаборатории звука инициирует спокойное раскрепощенное отдохновение.

С Ветухом Сергеем мне совсем легко. Мы с ним изъясняемся на одном языке. Я прекрасно считываю нюансы, которые он мне доносит. Возможно чувствую немного по-другому, но основа для понимания схожая. Приятно, что несмотря на громадный опыт он не ленится растолковывать элементарные вещи, которые, по какой-то причине, ускользнули от внимания или остались не до конца понятны. Я бывал у него дома, он показывал и рассказывал о своих экспериментах с акустикой комнаты, где стоят аппараты и колонки. Его супруга Татьяна кормила нас сногсшибательными котлетами. При всем том, что он человек, который, скорее всего, прожил не самую безоблачную жизнь, мягко говоря.

Со вторым Сергеем, я не знаком так близко, поэтому не стану плодить сущности, на предмет склада характера. Меня впечатлило то, что он рукастый и изобретательный человек. Среди приспособлений в сетапах есть придуманные и сделанные им остроумные «иквипменты». Ну допустим, подставки под акустику на магнитах в «противоходе». Данные свойства известны всякому, но продумать и собрать аккуратную «приблуду» - как-то очень редко кто сподобится. Или, например, разобраться со стабилизацией скорости на вертушке Bergmann, а заодно придумать, начертить и сделать компрессор для нее же. Причем так, чтобы правильно работал и глаз было не оторвать.

Это редкие качества, в основном окружающий мир пестрит индивидами типа «jack in all trades, but not a master in one». Но самое главное, и это абсолютно точно, что оба Сергея едины в подходе к своему проекту. Как мне кажется, для них - это некий заповедный уголок, и они хотят видеть в гостях людей с искренним увлечением музыкой, техникой или звуком. Именно Искренним. А посему коммерции здесь нет, и в чистом виде никогда не будет. Ее нам всем хватает в повседневной жизни.

Поскольку этот проект, Лаборатория звука, живой и подвижный, то, скорее всего, будут и новые поступления, и смена девайсов или кабелей внутри сетапов, т.е. движуха. В связи с этим всегда найдется материал для небольшого очерка. Соответственно подумываю о том, что можно было бы создать отдельную рубрику и пописывать о новостях «с полей», по мере их появления.

P.S. В изложении краткой истории появления акустики Черный Принц упоминается Станислав. Считаю, что о нем надо сказать несколько слов отдельно. Он специалист по ремонту винтажной техники, но таковых много, а вот с его бэкграундом скорее всего нет вообще.

Наше знакомство началось с того, что в очередной раз присутствуя в Лаборатории звука он упомянул о камертонах, которые изготавливаются в мастерской по реставрации икон при храме. При чем здесь храм я понял уже позже, когда решил купить камертон в подарок на день рождения Елене Денисовой.

Он назвал мне адрес и уточнил что это Александро-Невский храм. Я приехал и увидел, среди жилых домов, старое здание с оградой. Внешне основательное, но ничем, кроме иконы над входом, не напоминающее традиционную церковь. Позже Станислав рассказал, что в XVIII веке здесь располагались военные казармы. Затем, уже в XX веке здание отошло к Министерству обороны. В Великую Отечественную войну входило в контур противовоздушной обороны Ленинграда. На крыше сохранилась забетонированная площадка под зенитное орудие. Недавно наша Епархия взяла это здание в аренду у МО и сейчас внутри производятся ремонтные работы. Храм уже действует, ведется Служба и отец Александр развил кипучую деятельность по организации праздников и развлечений для местной детворы.

Так вот, Станислав - один из людей, которые, вместе с Русской Общиной, своими руками помогают батюшке вывозить весь ворох забот о приходе. Ремонт, обустройство общих помещений и музея Церковного ювелирного искусства. В ведении Станислава музыкальное сопровождение мероприятий. Затевается небольшой музей винтажной аудиотехники. В комнате досуга малышня, в том числе, может посмотреть мульты с видеокассет. Подержать в руках и самостоятельно послушать аудиокассеты, которых уже не осталось в повседневной жизни.

У Станислава, под его деятельность, выделены две просторные комнаты на первом этаже. Ту, которая поменьше, он привел в порядок, обставил стеллажами и здесь ремонтирует и профилактирует технику, поступившую на комиссию или ремонт. Комната забита до отказа девайсами в разной степени готовности, или ждущих своей очереди. Поэтому вторую комнату, а скорее даже зал, планирует разделить, со временем, на склад и демонстрационное помещение. Работы пока на начальной стадии, поскольку первоочередным является обустройство Храма.

Стас частенько выезжает в глубинку для проверки и ремонта аудио раритетов, который проблематично или нецелесообразно перемещать. Оттуда он, как правило, приезжает ошеломленный уникальностью аппаратов, которые умудрились приобрести, в свое время, а главное сохранить в рабочем состоянии тамошние аудиофилы.

Вот в такие вот причудливые сочетания, иногда, соединяются абсолютно мирские развлечения и православные традиции.

Всем Хорошего Звука! Да пребудет с Вами Аудиофильская Эпическая Сила!

Fishmerchant